• ↓
  • ↑
  • ⇑
 
18:03 

Временность бытия, выраженного в мелочах

Я все понимаю и смеюсь
Каково тебе живется с ощущением, что ты постоянно прощаешься?
Заметив ажурную тень на стене поверх часов, замирать, сраженным внезапной красотой этой детали, и чувствовать, как сердце сжимается от осознания временности?
Называть альбом с фотографиями самых дорогих вещей "То, чего у меня однажды не будет"?
Раскачиваться в такт музыки, не в силах отвести взгляда от неба или солнечных пятен на стенах?
Минуты, секунды, мгновения, когда всей полнотой ощущается некая необъятная Вечность, твой масштаб в ней, масштаб этого мгновений, секунды, минуты.
Это пройдет, закончится, забудется, и потому ценность этого невыразима.

Когда-то ты научился жить с чувством, что этот день - твой последний, потому что завтра может не настать по вполне объективным причинам.
Но прощаться со всем, что тебя окружает, этим глубинным чувством важности и временности стал совсем недавно. По крайней мере, тебе кажется, что недавно...
Это невыразимо.
Это разрывает сердце.
Это то, ради чего ты продолжаешь петь.

00:44 

О физической боли (мазохизме?)

Я все понимаю и смеюсь

Прослушать или скачать Кафе на тротуаре бесплатно на Простоплеер

О некоторых вещах в своей жизни ты знаешь, что они не являются нормальными. Их нет в том, что ты чувствуешь правильным существованием. Но в какой-то момент жизни эти вещи - единственное, благодаря чему ты не сходишь с ума. Это временно.
Ты надеешься, что это временно.

04:37 

На дне реки

Я все понимаю и смеюсь
Ты лежишь на самом дне и смотришь наверх, сквозь толщу воды. Смутные силуэты - это все, что тебе удается увидеть.
Река быстра и извилиста, ее течением увлекло не одно живое существо, но на дне воды абсолютно спокойны. Ил и песок - самые мягкие из матрасов, на которых тебе доводилось лежать.
Тишина речного дна поражает воображение.
Единственное, что могло бы причинить тебе дискомфорт - это отсутствие воздуха, но тебе не обязательно дышать, а потому ты совершенно, абсолютно спокоен.
Здесь нет времени и нет суеты другой, чем блики на поверхности, где-то очень далеко над тобой.
Единственные демоны, которые могли бы тебя здесь достать, - твои собственные, но с ними ты уже поговорил. Ты обнял своих демонов, и они успокоились, задремали, убаюканные тишиной речного дна.
Когда ты закрываешь глаза, тебе начинает казаться, что ты паришь в невесомости, где-то в космосе, среди огромного звездного пространства. Бесконечность полета, бесконечность бытия, нереальность тела и его ощущений охватывают тебя, и ты уже не можешь точно сказать - существуешь ты или нет, существует ли и существовал ли хоть когда-нибудь кто-то, кто мог бы назвать себя тобой, назвать себя твоим именем. И если этот кто-то существует, плывет ли он сейчас с тобой по этой бесконечной реке бескрайней галактики?
Смерти не существует - ты это знаешь отчетливо. Существует лишь бесконечность, пронизывающая тебя, каждый твой нерв, каждую твою мысль и все пространство.
Блики и силуэты - вот вся цена смертям и рождениям.
Бегущая над тобой река - вот воплощение жизни и бытия, их отражение.
Но на самом дне... всегда спокойно.

04:17 

Ночной разговор

Я все понимаю и смеюсь

Прослушать или скачать Death Is A Road To Awe бесплатно на Простоплеер

- Когда относишься к чему-то, как к чему-то вечному, меньше ценишь это.
Ты говоришь это тихо, приглушенно, словно не микрофону в нескольких сантиметрах от твоего рта, а живому человеку, если бы он сидел на этой кухне этой ночью на соседнем стуле, а в другой комнате кто-то спал. Присутствие - вот что ты ощущаешь. Но не чужое, отнюдь не чужое. Чужие - пугают, а сейчас тебе не страшно.
Ты не отдаешь себе в этом отчета, но почему-то улыбаешься. Слушаешь, как на том конце провода отчитывают человеку, что-то говорят о несправедливости и некрасивости... Словами этого не сформулировать, но тебе приятно, что рядом с этим человеком кто-то есть. Обращаются на "вы", тебе кажется - что говорят действительно о вас, о тебе и о нем. Ощущение присутствия там - на том балконе, и словно эти люди отчитывают тебя тоже. Это не ругань чужих людей, так могут ругаться только свои. Это тепло - когда есть свои.
На кухне темно. Темнота позволяет не чувствовать окружающего пространства, все глубже погружаться в этот разговор, как будто кроме него ничего не существует. И тебя не существует нигде, кроме этого разговора.
Ты говоришь тише, чем обычно, но не шепчешь, просто опустил голос на тон. И из-за этого особенно ярко чувствуешь весь процесс звукоизвлечения. Когда ты только надевал наушники, очень хотелось написать: "Извини, я не знаю, что у меня с голосом", потому что ничего не говорил вслух больше суток, но в этот момент ты чувствуешь свой голос. И безумно благодарен тому, ради кого заговорил, кто тебя сейчас слушает. Просто - за возможность говорить.
Пару часов назад ты думал о том, чтобы написать в какое-нибудь сообщество поиска. Поймал себя на том, что это - привычка. Вспомнил фильм, где, пытаясь уговорить человека вернуться на свадьбу, его спросили: "В свои самые счастливые моменты, скажи, разве ты был один?". Снова думал о том, что для тебя ответ был бы однозначным - да, один. И ты принял свое одиночество, ты почувствовал его всей кожей, ты ощутил, как это замечательно... И почему-то этот момент пару часов назад сделал этот разговор еще более замечательным, чем он мог бы быть.
Ты перестал ощущать мнимую необходимость в этом - в разговоре, общении. Перестал ждать и думать, что так "должно быть". И поэтому, когда ты говоришь, ты просто наслаждаешься разговором. Просто, без каких-либо отговорок, без ощущения "я тааааак ждал" или разочарования в том же ключе. Говоришь - и это восхитительно. Слушаешь голоса - и в этот момент ощущаешь, что все правильно. Наслаждаешься, не пытаясь впитать это или удержать. Время уходит, человека зовут - ты не расстроен ничуть, потому что этот разговор есть.
И есть невероятное чувство покоя. "Я заглянул в себя, я перешел через что-то, я переболел, я выжил. Ты слышишь меня. Ты слышишь мой голос. Ты свидетель того, что я делаю, ты знаешь, что было. Ты восхитителен. Я так тебе благодарен".
Нет тревоги.
Нет страха.
Нет нежелания отвечать.
Нет чувства, что кто-то лезет в твою жизнь.
Ты не помнишь, сколько знаком с этим человеком. У тебя нет чувства, что за этот момент надо хвататься, потому что больше его не будет и его нужно обязательно-обязательно запомнить, чтобы цепляться за него в самые страшные и холодные моменты своей жизни. Ты не чувствуешь, что что-то теряешь. И это так... тепло.
Чувство, будто знаешь этого человека всегда, но вместе с этим вы остались удивительными незнакомцами друг другу - не страшно говорить, повторяться, высказываться, легко доверять.
Это невозможно сформулировать словами. Тебе ничего не нужно от человека. У тебя все есть - прямо сейчас, в этом разговоре. Этот человек просто есть. Просто - есть. Это чувство так сложно передать и уловить. Чувство спокойного тепла, когда нет надежд, желаний и стремлений. Нет ничего, что тянет или ноет, нет никакой пустоты и никаких неоправдавшихся чувств. Ни-че-го не болит. И каждое слово - желанно, и каждый поворот диалога - не страшен, ни от чего не хочется увильнуть, ни о чем промолчать.
Спокойное тепло.
И ты не знаешь, существовало ли когда-нибудь что-нибудь кроме этого ощущения, кроме этого восприятия, кроме этого. Сейчас - только так. И кажется, что всегда было только так.
Спасибо.

23:07 

Состоять из идей, привычек и зависимостей

Я все понимаю и смеюсь


Когда ты ничего не хочешь, тобой становятся твои идеи фикс и привычки.
Думаешь: "Нормально ли это - поехать в другой город и питаться там одними солеными огурцами?", потому что они - твоя идея фикс.
Тянешься к ноутбуку, хотя представления не имеешь, что там будешь делать и понимаешь, что сейчас то самое время, когда ты никому не обязан что-либо действительно там делать.
Постоянно ловишь себя на мысли, что бы хотел написать в следующей записи в дневнике, как ее стоит начинать и стоит ли вообще.
Однажды, лежа на кровати в полной темноте, ты задумаешься, а есть ли ты за всеми этими идеями и привычками. Лежишь, погружаешься в глубину себя, чувствуешь успокоение... Не отдавая себе отчета встаешь и идешь прощаться с родственниками, прекрасно понимая, что это - тоже привычка. Привычка делать так, как от тебя ждут, как, по их мнению, следует себя вести. Привычка следовать по пути меньшего сопротивления, потому что встать и выйти на пять минут намного проще, чем потом часами выслушивать, какой ты неблагодарный, невоспитанный, бессмысленный.

Тебя тяготят зависимости.
А как же зависимость от привычек? Конечно, против нее ты уже много лет назад придумал для себя правило никогда ничего не знать наверняка о себе, даже о том, какой чай ты предпочитаешь, правило избегать признания в привычках фразами вроде: "Вчера вечером мне нравится бергамот с молоком, а сейчас... Не знаю". Но чужое требование к точности, чужое желание определенности часто сбивает тебя. И это тоже привычка.
Тебя тяготят зависимости.
Так зачем ты каждый раз придумываешь себе новые?

07:27 

Осколки жизни и смерти

Я все понимаю и смеюсь
Жизнь состоит из осколков.

Осколок последний.
Ты идешь с дорогим тебе человеком до метро. Ждешь чего-то. Не дожидаешься.
Думаешь о том, что мог бы остановиться, схватить дорогого человека за лицо и заставить посмотреть на себя, что-то сказать. Думаешь, что можешь это сделать, но совершенно не хочешь. Ты не видишь в этом смысла. Так уже было. Тогда ты подошел. Сегодня - не видишь смысла.
Останавливаешься. Тебе неважно, где именно ты остановился, но зачем-то помнишь, что только что прошел автобусную остановку. Разворачиваешься.
Ты не видишь, куда ты идешь дальше. Сквозь слезы, застывшие в глазах, вообще ничего увидеть нельзя.
Тебе хочется волочить свой зонт-трость по земле, но зачем-то ты помнишь, что от этого он поцарапается. Продолжаешь стучать.
Тебя слабо окликают по имени.
Не оборачиваешься.
Ты не видишь людей, мимо которых проходишь.
Зачем-то осознаешь, что каждый, идущий на встречу, видит, как по твоему лицу скатываются слезы. Огромными каплями, почти беззвучною. Зачем-то осознаешь, что тебе все равно, куда идти, и ты не остановишься, если на краю сознания мелькнет поворачивающая машина. Зачем-то осознаешь, что это не имеет никакого значения.
Продолжаешь ждать. Не дожидаешься.
Только через много дней думаешь о том, что в тот момент со спины, наверное, выглядел, как всегда. Ничем себя не выдал.
Дом. Лифт. Не помнишь, как открыл дверь. Не знаешь, закрыл ли тогда дверь. Зонт падает из рук. Ты падаешь на кровать. В шарфе, перчатках и ботинках, с сумкой через плечо.
Где-то в грудной клетке открывается бездна.

Осколок первый.
Садишься в поезд. Ты уезжаешь от дорогого человека, с которым почти не расставался последние два месяца.
На перроне вы не успели попрощаться - опаздывали, ты заскакивал в поезд в последнюю минуту.
Поезд трогается.
Ты читаешь смс от только что проводившего тебя человека.
Ты думаешь, что тебе должно быть больно. Но ты почему-то испытываешь счастье.

Осколок второй.
Нелюбимый город.
Нелюбимая семья.
Нелюбимая учеба.
Неожиданный (хотя ожидаемый) переезд в другую квартиру - вот-вот, уже на носу. Ты недавно, в другом городе, присматривал мебель в свое новое жилье в IKEA. Испытываешь смешанные чувства, потому что, наконец, у тебя будет своя кухня. Но свободы все равно не будет.
Много планов.
Хочешь устроиться на работу. Ходишь по своему району, присматриваешься.
Живешь только тем, что думаешь о других людях - как бы уговорить подругу нарисовать что-нибудь на стене твоего нового дома, как бы дожить до зимы и поехать в город дорогого человека и другого интересного человека, как бы оправдать ожидания своих чужих людей в этом городе. Ходишь в универ только потому, что там у тебя есть подруга.
Живешь другими.
В какой-то момент испытываешь ощущение полного счастья.
Чтобы запомнить это ощущение, оставить его навсегда в себе, прокалываешь бровь.

Осколок третий.
Дорогой человек сказал, что скоро приезжает в твой город. На три дня.
Только намного позже ты понимаешь, что "в твой город" не синонимично "к тебе", хотя был осведомлен, что у человека много планов.
Строишь собственные - как бы встретиться, утащить к себе на новое место на несколько дней, не отпускать. Говоришь с человеком, он не против, полностью поддерживает твою идею.
Волнуешься.
В день, когда приезжает человек, не знаешь, куда себя деть. Не можешь понять, как встретиться и найтись. После учебы сидишь совершенно разбитый на лавочки около выхода, ждешь подругу, чтобы посоветоваться - ехать домой или несколько часов ждать дорогого человека где-нибудь в городе.
Подруга приходит. Ты высказываешь ей свои тревоги. Она ничего не отвечает. Вы выходите из универа, где вас ждут якобы ваши общие друзья. Тебя никто ни о чем не спрашивает, они начинают идти в сторону дальнего метро. Делаешь два шага вслед за ними. Вы не редко так ходите, обычно это подразумевается, что ты идешь за ними.
Вдруг понимаешь, что они не заметят, если ты не пойдешь за ними.
Вдруг понимаешь, что они тебя не приглашали и, возможно, думают, что ты поедешь навстречу своему дорогому человеку.
Вдруг понимаешь, что совершенно чужой.
Разворачиваешься, идешь в сторону ближайшего метро.
Идет дождь.

Осколок четвертый.
Набираешь смс, пытаешься понять, как скоро дорогой человек сможет освободиться.
Человек ждет мать. Та придет не раньше десяти. "Не раньше" не имеет границ по "не позже", и ты это понимаешь.
В итоге решаешь ждать.
Едешь на другое метро. Садишься в кафе, которое работает до одиннадцати.
Ждешь.
Вдруг обнаруживаешь, что не можешь читать - ничего не понимаешь.
Ждешь.
Пишешь смс, спрашиваешь, что и как.
Человек говорит, что не может выбраться, так как приехал отец.
Кафе уже закрывается. Пишешь, что не будешь ждать и "Если приедешь сегодня - здорово, если нет - до завтра". Идешь в метро.
Пишет, что уже едет.
Ты уже проехал одну станцию в свою сторону, возвращаешься, садишься на скамеечку. Ждешь.
В метро дует. Холодно. Слушаешь музыку.
Греешься только перепиской с интересным человеком из того города.
Время идет.
Поешь в голос - уже все равно.
Выходящий из вагона мужчина подходит спросить, все ли с тобой в порядке. Уходя через десять минут, просит передать твоему дорогому человеку, что "дядя Сережа велел ругать".
За полночь.
Когда приходит человек, уже ничего не чувствуешь, только то, что пальцы отмерзли.

Осколок пятый.
Кроме пары поцелуев и нескольких укусов вы разделили четыре чебурека, две кружки чая и одну серию сериала, который когда-то начинали смотреть вместе. Ты закончил просмотр на третьем сезоне. Человек смотрит уже пятый. Тебе все равно, какую серию смотреть.
Ты устал. У тебя болит спина. Ты хочешь душевной близости, но нет сил, чтобы ее организовать.
Дорогой человек приехал только сегодня, провел всю ночь в поезде. Тебя не удивляет, что он засыпает. Ты долго перебираешь его волосы, гладишь и думаешь о том, что на его месте испытывал бы сейчас абсолютное счастье, умиротворение, покой. Ты не знаешь, что он испытывает на самом деле.
Чтобы не будить, уходишь с ноутбуком в другую комнату.
Читаешь письмо от названной сестры.
Она рассказывает свою жизненную ситуацию. Она влюблена, но не может быть с дорогим человеком.
Ты переживаешь.
Тебе становится хуже.
Нечем дышать. Накатывают слезы. Руки опускаются. Ты чувствуешь себя так, словно тебя придавили многотонной колонной.
Совместными усилиями сестры и интересного человека тебя удается привести в более-менее вменяемое существо.
Ты пытаешься не формулировать то, что чувствуешь, как "разбитое сердце". Потому что это не верно, не с чего, даже глупо.
Каким-то чудом ложишься спать.

Осколок шестой.
Ты думал, что дорогой человек, приехав, останется у тебя до дня отъезда.
Через час после того, как вы проснулись, он говорит, что поедет к матери.
Ничего не объясняет.
Ничего не говорит.
Как ты осознаешь много позже, он даже не пытался обнять тебя или вроде того. Или ты просто забыл об этом?
Пытаешься понять, почему.
Пытаешься спрашивать, что человек будет делать завтра с намеком, что "Может, приедешь? Можешь, встретимся?". Человек отвечает: "Не знаю".
Ты ждешь хоть каких-то объяснений.
Вы идете к метро.


Смерть тоже состоит из осколков.

Да, тебе кажется, что ты рыдаешь по самому себе, на собственных похоронах, потому что умер. Перестал существовать. Тебя больше нет.

Много позже ты скажешь себе, что это похоже на то, что ты чувствовал перед операцией. Тебе была нужна поддержка окружающих. Но тогда ты защитился от нее, отстранился от этого чувства - никому не сказал о дате операции, потому что знал, что никто не поддержит. Тогда было почти не больно. В этот же раз ты, наоборот, искал помощь всеми силами.

Пытаешься писать друзьям. Тебя трясет. Ты в апатии. Вяло пытаешься иронизировать и казаться живым. Интересный человек поддерживает. Названная сестренка в середине разговора исчезает, а когда возвращается пишет, что у нее проблемы с человеком, которого она любит, и уходит спать. Всего два предложения. И уходит.

Когда ты первый день решаешь не выходить к людям, чтобы как-то пережить и выжить, тебе пишут. Просят выйти, а когда ты говоришь, что тебе страшно и сложно, восклицают: "Мне плохо, а теперь еще и этот вечер пройдет без поддержки близких!"
Ты швыряешь телефон в стену.

Ты понимаешь, что у каждого свои проблемы.
У всех есть свои проблемы, которые априори важнее, чем твои.
Ты понимаешь, что сам создал эту ситуацию - вечным принижением себя, значимости своих чувств и ощущений.

"С вами все в порядке? Можно я проведу тот флешмоб вместо вас?"
"Как ты, друже? В универ придешь?"
"Ты в порядке? N. спрашивает про флешмоб"
Последнее пишет тебе еще недавно дорогой человек.

Ты один. Ты понимаешь, что ты один. Вообще. Совершенно. Абсолютно. Кроме тебя никого нет. Но у тебя есть ты. От этого не легче.

Через несколько дней ты читаешь: "От меня все ждут поддержки, но на меня всем наплевать". Тебе кажется, что у тебя это в тысячи раз острее.

Ты хочешь, чтобы хоть кто-то тебе помог.
Проблемы не только с психикой, но и со здоровьем.
Постоянно плачешь, хотя никакого повода нет. Расплакаться от ощущения собственных запястий - разве это не бред?

Не сходишь с ума, наверно, только потому, что запоем читал и постоянно включал телевизор, который не давал слушать тишину.

Решаешь, что пора от всех уходить. От всех этих людей.
Новый номер. Новая почта. Новый контакт. Новый дневник.
Не знаешь, осуществишь ли это желание, особенно последнее - эти пять дней твоего персонального ада, твоего посмертия, твоего чистилища тебе не хотелось даже писать, хотя обычно в депрессивном состоянии ты постоянно изводил страницы хоть чем-нибудь.
Да что писать... В те дни тебе не хотелось даже умереть.
Вообще ничего не хотелось.

Однажды ночью ты не спишь.
Болит голова.
Смотришь какой-то дурацкий фильм, ради разнообразия - на ноутбуке, к которому не притрагивался до сегодняшнего дня.
После фильма заходишь в свой дневник.
Читаешь творческие записи.

Решаешь, что пора завести новый.

Тебе все еще плохо.

Aske Bris

главная